
Бисмарк-Шёнха́узен (1865—1871), фюрст фон Отто фон Бисмарк (граф фон 1871), герцог цу Ла́уэнбург (одновременно с 1890; нем. Otto Eduard Leopold Fürst von Bismarck-Schönhausen, Herzog zu Lauenburg; 1 апреля 1815, Шёнхаузен, королевство Пруссия — 30 июля 1898, Фридрихсру, королевство Пруссия, Германская империя) — германский государственный и политический деятель, первый канцлер Германской империи, осуществивший план объединения Германии по малогерманскому пути. При выходе в отставку получил ненаследуемый титул герцога Лауэнбургского и чин прусского генерал-полковника в ранге генерал-фельдмаршала.
В Прусском королевстве Бисмарк заслужил среди консерваторов славу представителя интересов юнкерства, служил дипломатом (1851—1862) во времена реакции. В 1862 году был назначен министром-председателем правительства Пруссии. В эпоху роста популярности либеральных идеологий, оставался убеждённым приверженцем консервативного монархизма. Будучи министром иностранных дел, превратил Пруссию в доминирующую силу Германии после Датской войны 1864 года. Во Франко-прусской войне 1870—1871 годов выступал движущей силой решения германского вопроса по малогерманскому пути и был одним из основателей Второго рейха.
Находясь на посту рейхсканцлера и прусского министра-председателя, он имел значительное влияние на политику созданного рейха вплоть до того, как Вильгельм II отправил его в отставку в 1890 году. Во внешней политике Бисмарк придерживался принципа баланса сил (или европейского равновесия — Системы союзов Бисмарка).
К середине XX века в немецкой исторической литературе доминировала безусловно положительная оценка роли Бисмарка как политика, приведшего к объединению немецких княжеств в единое национальное государство, что частично удовлетворяло национальный интерес. После смерти в его честь возводились многочисленные памятники как символу сильной личной власти. Национальный памятник Бисмарку установлен на площади Большая Звезда в Берлине. Им была создана новая нация, и воплощены прогрессивные системы социального обеспечения. Бисмарк, будучи верным кайзеру, укрепил государство сильной, хорошо подготовленной бюрократией. После Первой мировой войны стали громче звучать критические голоса, обвинявшие Бисмарка, в частности, в сворачивании демократии в Германии, но во время правления национал-социалистической партии его имя громко освещалось в прессе и литературе как предшественника Гитлера, однако после вторжения в СССР его постепенно начали стирать из государственной повестки, из-за его высказываний о военной мощи России.
Вскоре после создания Второго рейха Бисмарк убедился в том, что Германия не имеет возможности доминировать в Европе. Ему не удалось реализовать существующую не одну сотню лет идею объединения всех немцев в едином государстве. Этому помешала Австрия, стремившаяся к тому же, но лишь при условии главенствующей роли в этом государстве династии Габсбургов. Опасаясь французского реванша в будущем, Бисмарк стремился к сближению с Россией. 13 марта 1871 года он подписал вместе с представителями России и других стран Лондонскую конвенцию, отменившую запрет России иметь военный флот в Чёрном море. В 1872 году Бисмарк с А. М. Горчаковым (с которым у Бисмарка были личные отношения, как у талантливого ученика со своим учителем), организовали в Берлине встречу трёх императоров — германского, австрийского и российского. Они пришли к соглашению совместно противостоять революционной опасности. После этого у Бисмарка возник конфликт с послом Германии во Франции, Арнимом, который, как и Бисмарк, принадлежал к консервативному крылу, что отдалило канцлера от консервативных юнкеров. Итогом этого противостояния стал арест Арнима под предлогом неправильного обращения с документами [1]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М., 2022
Бисмарк, учитывая центральное положение Германии в Европе и связанную с этим реальную опасность быть вовлечённой в войну на два фронта, создал формулу, которой следовал в течение всего срока своего правления: «Сильная Германия стремится жить мирно и мирно развиваться». С этой целью она должна иметь сильную армию с тем, чтобы «не быть атакованной кем бы то ни было, кто вынет меч из ножен».
Летом 1875 года Босния и Герцеговина подняли восстание против турецкого владычества. Их поддержали Сербия и Черногория. Турки подавили начатое движение с чрезвычайной жестокостью. Но в 1877 году Россия объявила войну Оттоманской Порте (как тогда говорили «этому больному человеку Европы») и побудила Румынию поддержать её. Война закончилась победой и по условиям заключённого в Сан-Стефано в марте 1878 года мира было создано крупное государство Болгария, вышедшее на побережье Эгейского моря.
В течение всего срока службы, Бисмарк испытывал «кошмар коалиций» (le cauchemar des coalitions), и, фигурально выражаясь, безуспешно пытался, жонглируя, держать пять шаров в воздухе [2]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Теперь Бисмарк мог надеяться, что Англия будет сконцентрирована на проблеме Египта, возникшей после того, как Франция скупила акции Суэцкого канала, а Россия оказалась вовлечена в решение черноморских проблем, и потому опасность создания антигерманской коалиции значительно уменьшилась. Более того, соперничество между Австрией и Россией на Балканах означало, что Россия нуждается в поддержке со стороны Германии. Таким образом создалась ситуация, когда все значительные силы Европы, за исключением Франции, не в состоянии создавать опасные коалиции без того, чтобы не быть вовлечены во взаимное соперничество.
Одновременно это создавало для России необходимость избегать обострения международной обстановки, и она была вынуждена пойти на потерю некоторых преимуществ своей победы на Лондонских переговорах, которые нашли своё выражение на открывшемся 13 июня в Берлине конгрессе. Он был создан для рассмотрения итогов русско-турецкой войны, на котором председательствовал Бисмарк. Конгресс получился на удивление эффективным, хотя Бисмарку для этого пришлось постоянно лавировать между представителями всех великих держав. 13 июля 1878 года Бисмарк подписал Берлинский трактат с представителями великих держав, установивший новые границы в Европе. Тогда многие из перешедших к России территорий были возвращены Турции, Босния и Герцеговина были переданы Австрии, преисполненный благодарности турецкий султан отдал Британии Кипр [3]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М, 2022
Система союзов Бисмарка была направлена на сдерживание России и Франции во избежание возможной, и весьма опасной для молодой объединенной Германии, войны на два фронта: с запада и с востока. Наиболее неприятной Бисмарк видел войну с Россией, ведь как он писал в одном из своих писем: «Война против России, даже победоносная, будет нежелательным событием. Это опасная война, к тому же война, у которой нет приемлемой для нас цели». Бисмарк считал войну вполне легитимным, однако все же крайним средством международной политики, к которому следует прибегать лишь тогда, когда все остальные возможности исчерпаны[4]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018, с. 96
7 октября 1879 года он заключил с Австрией «Двойственный союз», что толкнуло Россию на союз с Францией. Это было фатальной ошибкой Бисмарка, разрушившей близкие отношения России и Германии, установившиеся со времён Освободительной войны в Германии. Между Россией и Германией началась жёсткая тарифная борьба. С этого времени Генеральные штабы обеих стран стали разрабатывать планы превентивной войны друг против друга. Согласно этому договору Австрия и Германия должны были совместно отражать нападение России. Если же Германия подвергнется нападению Франции, Австрия обязалась соблюдать нейтралитет. Для Бисмарка быстро стало ясно, что этот оборонительный союз немедленно превратится в наступательные действия, особенно если Австрия окажется на грани поражения. [5]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М, 2022
Первые статьи договора между Австрией и Германией выглядели так:
Статья 1. В случае если бы одна из обеих империй, вопреки ожиданию и искреннему желанию обеих высоких договаривающихся сторон, подверглась нападению со стороны России, то обе высокие договаривающиеся стороны обязаны выступить на помощь друг другу со всею совокупностью военных сил своих империй и соответственно с этим не заключать мира иначе, как только сообща и по обоюдному согласию.
Статья 2. Если бы одна из высоких договаривающихся сторон подверглась нападению со стороны какой-либо другой державы, то другая высокая договаривающееся сторона настоящим здесь обязуется не только не оказывать помощи нападающему против своего высокого союзника, но соблюдать по меньшей мере благожелательный нейтралитет по отношению к своему высокому договаривающемуся соучастнику. Но если бы, однако, в таком случае нападающая держава получила поддержку со стороны России, будь то в форме активного содействия или будь то путём военных мероприятий, то обусловленное в Статье 1 обязательство полной военной взаимопомощи вступит немедленно в силу и тогда ведение войны высокими договаривающимися сторонами будет также совместным вплоть до совместного заключения мира.
[69]В.Шацилло, «Первая мировая война 1914-1918. Факты. Документы», М., 2003
В 1879 году ухудшились франко-немецкие отношения, и Россия в ультимативной форме потребовала от Германии не начинать новую войну. Это свидетельствовало о потере взаимопонимания с Россией. В результате по вине Бисмарка Германия оказалась в тяжёлой международной ситуации, грозившей изоляцией. Бисмарк даже подал в этой связи в отставку, но кайзер отказался принять её и отправил канцлера в бессрочный отпуск, продлившийся пять месяцев [6]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М, 2022
18 июля 1881 года был срочно заключён договор, представляющий собой возрождение «Союза трёх императоров» — России, Германии и Австро-Венгрии. В соответствии с ним участники обязались соблюдать нейтралитет, если даже один из них начнёт войну с любой четвёртой державой. Таким образом Бисмарк обеспечил себе нейтралитет России на случай войны с Францией. Со стороны России это было следствием серьёзного политического кризиса, вызванного необходимостью прекратить начавшуюся неограниченную охоту за представителями государственной власти, которая нашла поддержку со стороны многих представителей буржуазии и интеллигенции [7]Ю. Ключников, А. Сабанин «Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях», Ч. 1, М., 1925, с. 232-233
В 1885 году началась война между Сербией и Болгарией, чьими союзниками были, соответственно, Россия и Австрия. Франция стала поставлять оружие России, и Германия оказалась перед угрозой войны на два фронта, что, если бы это произошло, было равносильно поражению. Пришли вести о том, что Генеральные штабы России и Франции начали разрабатывать планы войны с Германией. Началась тарифная война, связанная с поставками пшеницы и ржи в Германию. Российские активы были переведены из Берлина в Париж. [8]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
В своем письме императору Бисмарк писал по этой ситуации следующее
«Я всецело придерживаюсь мнения вашей светлости, что даже при удачном ходе войны с Россией нам не удастся привести в полное расстройство ее военные средства. Все же я полагаю, что в случае неудачной для России войны, в результате внутренних политических неурядиц, характер бессилия этой страны будет совершенно иным, чем в любом другом европейском государстве, включая Францию. Напомню о том, что после Крымской войны Россия в течение почти двадцати лет была обессилена, прежде чем она настолько оправилась, что оказалась в состоянии воевать в 1877 г.»
[9]«О.Бисмарк. Мысли и воспоминания», Т. 3, М., 1941
Однако 18 июня 1887 года Бисмарку всё же удалось заключить Договор перестраховки с Россией. По условиям договора, обе стороны должны были сохранять нейтралитет при войне одной из них с любой третьей великой державой, кроме случаев нападения Германии на Францию или России на Австро-Венгрию. Бисмарк продемонстрировал понимание притязаний России на Босфор и Дарданеллы, зная, что они встретят сопротивление со стороны Средиземноморской Антанты. Сторонники Бисмарка рассматривали этот шаг как новое доказательство дипломатического гения Бисмарка. Однако будущее показало, что это стало лишь временной мерой при попытке избежать надвигающийся международный кризис [10]В.Шацилло, «Первая мировая война 1914-1918. Факты. Документы», М., 2003.
В ноябре 1887-го года канцлер допустил крупный промах, имевший в перспективе самые тяжёлые последствия для его внешней политики. На фоне недавнего Болгарского кризиса и обострения франкогерманских отношений в январе-апреле 1887 года, Бисмарк отдал распоряжение Рейхсбанку и прусскому Государственному банку прекратить выдачу ссуд под русские ценные бумаги, объявив их ненадёжными, и одновременно поднял пошлины на зерно, ввозимое из России. Эта акция, рассчитанная на усиление германского влияния над российской экономикой мирными средствами, значительно ухудшила не только финансовые, но и политические отношений между двумя странами. В то время в Германии находилось примерно на 1,2 млрд руб. (при российском бюджете в 769—881 млн. рублей), или на 2,6 млрд марок, русских ценных бумаг (прежде всего гарантированных государством облигаций и акций железных дорог). Германия занимала первое место по размещению российских ценностей, а на долю России приходилось до 20 — 25% экспорта германского капитала. Для германских финансистов и предпринимателей отток российских бумаг не был критичен, однако российские облигации были оперативно перекуплены французскими банками и выставлены на продажу на Парижской бирже. Потребовались считанные месяцы, чтобы финансовые и товарные потоки лавинообразно изменили свои направления, и правительство Франции, помнившее о военной тревоге в январе-апреле 1887-го года, очень поспособствовало этому процессу. Уже в декабре 1887 года первый государственный заем России в сумме 500 млн франков был размещен на Французской бирже, а в 1889 году задолженность русского правительства французским банкам достигла 2 600 млн франков [11]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М, 2022
Бисмарк исходил из своей уверенности, что стабильность в Европе может быть достигнута лишь в том случае, если к «Обоюдному договору» присоединится Англия. В 1889 году он обратился к лорду Р. Солсбери с предложением заключить военный союз, но тот категорически отказался. Хотя Британия и была заинтересована в урегулировании колониальной проблемы с Германией, но она не хотела связывать себя никакими обязательствами в Центральной Европе, где находились потенциально враждебные государства Франция и Россия. Надежды Бисмарка на то, что противоречия между Англией и Россией будут способствовать сближению её со странами «Обоюдного договора», не подтвердились [12]Ю. Ключников, А. Сабанин «Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях», Ч. 1, М., 1925.
Правовое положение чиновников различных германских государств определялось кодексами, принятыми в середине XIX в. Конституция Германской империи не содержала каких-либо указаний на их счет. Одной из острых проблем являлась неупорядоченная система оплаты труда чиновников.
Отчасти она была решена Имперским законом о чиновниках 1873 г. Он содержал общие предписания по найму чиновников на службу, о принесении ими присяги, вознаграждении и премиальных, отпуске, пенсии, процедуре увольнения. На положения имперского закона ориентировались своды союзных земель. В империи и землях к концу XIX в. утвердилась система, основывающаяся на делении госслужащих на классы, в которых выделялись три ступени: низшая, средняя, высшая. Они и определяли размер жалованья госслужащих. Закон о чиновниках допускал доплату на особые нужды, рекомендовал учитывать при установлении жалованья уровень цен и платы за жилье в регионе. Главным принципом назначения на должность была выслуга лет. По традиции более высокий доход имели чиновники не моложе 50 лет. Со временем существующая система оплаты труда чиновников привела к большим различиям между рейхом и землями, между отдельными землями, внутри классов и возрастных групп. [13]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Пенсионное обеспечение чиновников Германской империи с 1871 г. также регулировалось прусским законодательством. Оно гарантировало им пожизненную пенсию и не требовало их участия в страховании. Право претендовать на пенсию получал штатный чиновник, имеющий не менее 10 лет стажа. В этом случае ему назначалась пенсия в 20/80 его годового дохода. Каждый год дальнейшей службы прибавлял к сумме пенсии 1/80. Максимальный размер пенсии устанавливался в 60/80 жалованья госслужащего. В закон была заложена возможность получения госслужащим неполной пенсии при ранней нетрудоспособности.
Ревизию этих положений осуществил закон 1886 г., улучшив перспективу чиновников на старость. Чиновники получали право уходить на пенсию в 65 лет. Новая формула расчета пенсии устанавливала размер пенсии в 15/60 среднего годового дохода чиновника, если он имел 10 лет выслуги, и ежегодно повышала его на 1/60. Максимальный размер пенсии устанавливался в 45/60 при стаже в 40 лет. Следующие изменения в пенсионное законодательство чиновников были внесены в 1907 г. По этому закону их пенсия при минимальном стаже в 10 лет повышалась до 20/60 от среднего дохода чиновника, а затем в течение 30 лет службы к базовой сумме ежегодно прибавлялась 1/80 (но она вскоре была снижена до 1/120). Максимальная пенсия равнялась 75% заработка, но для ее получения требовался стаж в 40 лет. Приоритеты получили участники войн: время их участия в военных действиях засчитывалось в страховой стаж в двойном размере.
В отличие от самих чиновников, страхование членов их семей в первые годы Германской империи осуществлялось за счет взносов, которые главы семей платили в специальные кассы. В 1881 г. появился новый закон о страховании вдов и сирот штатных чиновников. Пенсионное страхование оплачивалось совместно государством и чиновниками. Субсидии государства составляли 2/3 взноса в пенсионные кассы. Если чиновники, включая холостых, желали, чтобы члены их семей имели право на пенсию по утрате кормильца, то они должны были вносить в страховую кассу 3% своего заработка. В 1888 г. эта обязанность была снята с госслужащих.
Установленное законом содержание не являлось реальной компенсацией потери кормильца. Оно было лишь «доплатой», призванной содействовать обеспечению минимального уровня жизни членов семей, оставшихся без кормильца. Так называемые «вдовьи деньги» составляли только 1/3 от суммы пенсии чиновника, их минимальная и максимальная суммы устанавливались в 160–1600 марок ежегодно. Полусироты получали пособие в размере 1/5, а полные сироты — в размере 1/3 от пенсии вдовы. В более трудном положении оказывались семьи чиновников низшего и среднего ранга. Законотворцы исходили из того, что вдовы должны обеспечивать себя и своих детей в первую очередь путем собственного заработка. [14]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Хотя чиновничество проявляло некоторую неудовлетворенность своим материальным положением, на деле условия жизни чиновничества в эпоху Германской империи стали более благоприятными. Доход чиновников, имеющих высшие должностные ранги, был близок к условиям жизни высших слоев немецкого общества. Реформы, проведенные властями в период империи, закрепили привилегированный статус чиновничества в обществе, который обеспечил кайзеровской монархии преданность и поддержку госслужащих.
Конституция 1871 г. не знала принципа "ответственное правительство", ставшего лозунгом либеральной буржуазии, выступавшей против "мнимого конституционализма" Германской империи, за парламентскую монархию вестминстерской модели. На исполнительную власть по Конституции фактически не возлагалось никакой ответственности.[15]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
Почти самодержавная власть германского императора должна была сдерживаться лишь правом канцлера на контрасигнатуру. Но при подписании военных приказов, объявлении войны, заключении мира, в вопросах командования армией и флотом император не был связан контрасигнатурой канцлера. Канцлер также должен был ежегодно представлять Союзному совету и рейхстагу отчет о расходах (XII, 72), но сместить его с должности мог только император, что превращало эту ответственность в функцию. [16]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Бесконтрольность императора и канцлера опиралась на значительные конституционные полномочия бундесрата с его прусским большинством. В Конституции при всей широте императорских полномочий даже не ставился вопрос о вето кайзера в законодательном процессе. В этом для правительства не было необходимости. Вето было прерогативой всегда послушного бундесрата.
Конституция 1871 г. не провозглашала даже формально принципа "народного суверенитета", который приходил в полное противоречие с консервативными представлениями правящих кругов (и в значительной мере массового сознания) о государственной власти монарха, воля которого является высшей. От имени императора осуществлялась и исполнительная, и законодательная власть, определялась компетенция государственных учреждений и должностных лиц. [17]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
Конституционный механизм Германской империи создавался для наиболее эффективного решения под руководством Пруссии сложных внутри- и внешнеполитических задач, главным образом с помощью военной силы. В Конституции нет ни декларации, ни главы, посвященной правам и свободам немцев. Вместе с тем самая обширная глава XI посвящена "военному делу империи", в которой закрепляются всеобщая воинская обязанность (ст. 5, 7) при принадлежности каждого немца в течение 7 лет (по общему правилу - с 20 до 28 лет) к составу армии (ст. 59), требование немедленного введения по всей империи прусского военного законодательства и подготовки всеобщего имперского военного закона с целью создания единой германской армии, "подчиненной императору, безусловно следующей его приказу" (ст. 64), право императора назначать, увольнять, перемещать всех высших чинов, использовать армию для полицейских целей (ст. 66) и объявлять любую союзную территорию на военном положении, если что-либо "угрожает общественной безопасности" (ст. 68) и пр.
Эпоха индустриализации обусловила сдвиг в демографическом развитии. Население империи увеличилось с 41,6 млн в 1873 г. до 52 млн в 1895 г. Этому способствовали улучшение здравоохранения, снижение детской смертности, некоторый рост продолжительности жизни, улучшение благосостояния жителей, а также поток переселенцев из Восточной Европы. Но этот процесс имел противоречивые последствия. До середины 1890-х гг. экономика страны не могла обеспечить всех нуждающихся рабочими местами, и Германия превратилась в «страну эмигрантов». В 1866-1895 гг. из нее выехали, в основном в США, 2,9 млн человек. Рост промышленности форсировал процесс урбанизации. Численность жителей городов (по критериям того времени — это поселения с 2 тыс. жителей и более) увеличилась почти на 8 млн. Возрастало число жителей крупных городов (более 100 тыс. человек). Если в 1871 г. в таких городах проживало только 4,8% населения Германии, то в 1910 г. уже 21,3%. Особенно быстро увеличивалось население промышленных районов: Рейнско-Вестфальского, Верхней Силезии, Саарской и Аахенской областей, Лотарингии. Урбанизация символизировала движение Германии от аграрного общества к индустриальному. [18]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
В период империи происходило динамичное изменение социальной структуры общества. Статус жителя Германии определяли такие традиционные критерии, как происхождение, размер состояния, связи в обществе и доступ к структурам власти. Но в эпоху индустриализации все более значимым становилось и качество полученного образования, и уровень профессиональных знаний. По классификации известного социолога В. Зомбарта, рабочий класс вместе с «пролетаризующимися слоями» составлял в Германии 67,5% населения; доля средней и крупной буржуазии (включая буржуазную интеллигенцию) — 29-32%.
В 1900 г. численность крупной буржуазии в Германии не превышала 70-75 тыс. человек, вместе с членами семейств — 200-250 тыс. человек. Класс предпринимателей воспроизводился в основном из их собственных рядов. В начале XX в. 53% капиталистов являлись сыновьями предпринимателей. Приток в их среду происходил также за счет управляющих, сумевших накопить капитал и открыть собственное дело, и выходцев из среды чиновничества, которые, используя деловые связи с буржуазией, обращались к бизнесу. Германская буржуазия редко пополнялась за счет выходцев из среды дворянства, лиц «свободных профессий», крестьянства. В ней почти отсутствовала группа «социальных выдвиженцев» — тех, кто из низов сумел самостоятельно подняться вверх по общественной лестнице. Германские предприниматели отличались высоким уровнем образованности. В 1914 г. 41% из них имели высшее образование.[19]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
На многих предприятиях Германии применялся патерналистско-авторитарный стиль управления, которому была присуща строгая иерархичность и регламентация как производственной, так и частной жизни трудящихся. Он сложился под влиянием порядков, практикуемых в государственном аппарате, армии, в юнкерских хозяйствах. В то же время он отличался рыночным рационализмом, восприимчивостью к опыту буржуазии других индустриальных стран. В завершенном виде этот стиль был представлен на заводах рурского магната Круппа и саарского предпринимателя барона фон Штумма. Одной из главных своих задач они считали борьбу против рабочего и профсоюзного движения. Против бастующих ими нередко использовалась наемная «частная армия», которая не останавливалась перед применением самых жестких мер. В то же время они практиковали и методы «социальной подкормки» трудящихся: строили жилье для квалифицированных рабочих, участвовали в создании касс взаимопомощи, просветительских, спортивно-оздоровительных обществ и др. [20]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
Быстро возрастала также численность научно-технической и творческой интеллигенции, которая пополнила ряды «новых средних слоев». Формирование этого слоя было связано с процессом индустриализации, требующим большого числа инженеров, конструкторов, ученых для обслуживания наукоемких, технологичных отраслей промышленности, расширением сектора услуг и системы образования. Группа творческой интеллигенции (журналисты, писатели, художники, актеры и др.) составляла всего 0,8% от общего числа населения страны, но принадлежность к ней была престижной, она обладала немалым влиянием, так как участвовала в формировании общественного мнения, оказывала некоторое воздействие на деятельность политических институтов. Высшее образование перестало быть привилегией господствующих классов, к нему приобщились средние слои. Вузовский диплом повышал шансы лиц наемного труда в процессе их проникновения в более высокие слои общества. В связи с образовательным бумом возникло понятие «образованного бюргерства», «образованных классов». В университетах Германии в 1870 г. обучались 17,8 тыс. студентов, перед Первой мировой войной — 60 тыс.[21]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018
В германском обществе сохранились «старые средние слои», хотя их доля в составе населения сокращалась. Их ядро традиционно составляли владельцы ремесленных предприятий, купцы и лавочники, домовладельцы и др. Вместе с домочадцами их численность сохранялась на уровне 2,3- 2,5 млн человек, что составляло около 5% населения страны. Особо значительные изменения произошли в группе мелкой буржуазии. Она постоянно подвергалась дифференциации. На одном ее полюсе сосредоточились мастера, труд которых в условиях промышленного роста, урбанизации находил повышенный спрос — это строители, повара и кулинары, квалифицированные портные и др., которые собрали стартовый капитал, учли новые потребности рынка. Другой полюс был представлен ремесленниками, чей труд в эпоху индустриализации вытесняли механизмы. Они работали в одиночку, так как не имели возможности нанять подручных, теряли собственность. С 1877 г. по 1907 г. доля таких ремесленников в Рейнской области сократилась в 2,5 раза.[22]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
Подобное воздействие модернизации испытывала и мелкая торговая буржуазия. В 1883 г. четыре пятых всех торговых предприятий относилось к разряду мелких. В начале XX в. владельцы половины розничных магазинов являлись уже не собственниками, а арендаторами торговых помещений. Несмотря на стремление учитывать потребности покупателей, применять новые формы закупок товаров, снижение цен, мелкие торговые предприятия не выдерживали конкуренции с крупными магазинами. В торговле, как и в других секторах экономики, протекал процесс концентрации, выразившийся в создании сети крупных универсальных магазинов, первые из которых были созданы А. Вертхеймом и О. Титцем. В 1907 г. треть из 1,1 млн магазинов относилась к числу крупных.[23]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018
Форсированными темпами развивался промышленный пролетариат. Численность рабочих во всех секторах экономики в 1882 г. составляла 10,7 млн, в 1895 г. — 12,8 млн. Рабочий класс в течение жизни одного поколения стал самой многочисленной социальной группой немецкого общества. Особо быстро увеличивалась группа занятых в промышленном производстве и ремесле: в 1882 г. их было 4,1 млн, в 1895 г. — почти 6 млн. Новым явлением в конце XIX в. стало массовое включение женщин в промышленное производство. Доля женщин, занятых в перерабатывающей промышленности, за 1875-1907 гг. выросла с 16,3 до 17,8%, в сфере услуг — с 21,7 до 38,1%. Но они повсеместно подвергались дискриминации, их зарплата составляла 35-50% от зарплаты мужчин. Во все секторы экономики интенсивно вовлекались дети и подростки. Острой проблемой молодых рабочих было отсутствие современной системы профессионального обучения. В Германии лишь на ремесленных предприятиях действовала архаичная система производственного ученичества, сложившаяся еще в средневековье. Большинство молодых людей поступало на работу, не имея никакой профессиональной подготовки.[24]Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. — М.: Мысль, 1988.
Промышленный рабочий класс не был единым, а был расчленен на отраслевые и квалификационные группы. Во главе пирамиды находилась «рабочая аристократия» — высококвалифицированные рабочие современных отраслей. Далее следовали обученные рабочие (1907 г. — 4,9 млн) и необученные (3,5 млн). Разница в почасовой оплате обученных и необученных рабочих в различных отраслях составляла от 20 до 55%. Даже квалифицированным рабочим, достигшим 40-45 лет, предприниматели резко снижали зарплату. В глазах буржуазии их ценность на рынке труда падала, в связи сокращением их способности к интенсивному труду, большей вероятностью профессиональных заболеваний, инвалидности. В распоряжении предпринимателей всегда был резерв молодой рабочей силы. В 1907 г. 39% рабочих были моложе 25 лет. В период кризисов возникала массовая безработица. Но даже в период экономического подъема, начавшегося с середины 1890-х гг., она оставалась на уровне 2,5-3,4% [25]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018
Как и в других странах Европы, рабочий класс Германии подвергался эксплуатации. В 1871 г. в империи был установлен 12-часовой рабочий день (вместо 14-16-часового). Дополнения к трудовому законодательству в 1908 г. привели к снижению рабочего дня до 10 часов, а в 1913 г. до 9,5 часов. Однако сокращение рабочего времени буржуазия компенсировала интенсификацией труда. Механизация производственных процессов сопровождалась повышением темпов выполнения отдельных операций. Даже в начале XX в. большинство рабочих Германии не имели полноценного отдыха, трудились во вредных для здоровья условиях, испытывали страх перед травмами, локаутами, санкциями за нарушение установленных на предприятиях правил, столкновениями с начальством. В то же время этим явлениям сопутствовали относительный рост реальной заработной платы, улучшение жилищных условий, постепенное развитие системы социального страхования и трудового законодательства. В многомиллионном рабочем классе протекали процессы дифференциации, которые создавали резкие границы между его отдельными группами. В 70-е гг. XIX в., когда во всей Западной Европе дворянство вступило в фазу заката, в Германии его престиж оставался высоким. В немалой степени этому способствовало то, что в процессе объединения Германии прусская армия, командование которой состояло преимущественно из аристократии, победила в трех войнах. Создание империи объявлялось «творением знати». После франко-прусской войны в легендарную фигуру превратился Отто фон Бисмарк. Его политические достижения обладали исключительной силой, убеждающей в законности действий всего дворянского сословия. [26]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Высшее дворянство Германии в очередной раз проявило способность адаптации к новым условиям, к социальной консолидации, что позволило ему сохранить и даже упрочить свой привилегированный статус и политическое влияние вплоть до краха империи в 1918 г. С родовым происхождением, богатством, «заслугами» аристократии перед государством и монархией были связаны выборы в бундесрат. В ее среде по-прежнему действовал «кодекс чести», который предписывал разрешать конфликты посредством дуэли, вести «соответствующий положению» образ жизни, пренебрегать низшими слоями и «повседневным трудом». Знать стремилась сохранять кастовость своего социального слоя, свысока относилась к представителям буржуазии.[27]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018
Во главе дворянского класса находилась династия Гогенцоллернов, исключительные права которых закрепила германская конституция. Региональная знать, используя, прежде всего, институт бундесрата, сохранила свое особое положение в структуре власти Германской империи. Княжеские дворы оставались социально-политическими центрами во всех союзных государствах. Но ни один из них не мог сравниться с императорским двором, который в годы правления Вильгельма II приобрел особую помпезность. Он превратился в самостоятельный центр власти, в котором были сосредоточены рычаги влияния на политику государства, важнейшая информация, связи и протекции. При дворе вращалась огромная масса придворных, сохранившая деление на 56 разрядов.
Авторитет дворянства в германском обществе оставался высоким и в связи с тем, что часть его сумела включиться в рыночные отношения, в формирующееся индустриальное общество. Многие дворяне не только сохранили, но и приумножили свое состояние, обратившись к предпринимательству и связанным с ним сферам деятельности. Расширился круг профессий, «достойных» лиц дворянского звания. Нередко обедневшие дворяне становились управляющими аграрных и промышленных предприятий, учеными, деятелями культуры, служащими. Более распространенными стали их браки с представителями буржуазных слоев. Дворянство сотрудничало с буржуазией в партиях и союзах. [28]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Самая крупная группа дворянства была сосредоточена в Пруссии. В целом она насчитывала около 20 тыс. семей. В ней выделялись 60 самых богатых аристократов Пруссии, две трети которых имели состояние в 20 млн марок. На Пруссию приходилась основная доля крупных аграрных предприятий. В 1907 г. из имеющихся в империи 23,6 тыс. хозяйств этого типа, 19,1 тыс. находилась на ее территории. Но рыночные отношения вносили коррективы в распределение земельной собственности: в начале XX в. 42% рыцарских поместий Пруссии перешли в руки буржуазии. Однако знать закрепила за собой ключевые позиции путем концентрации земельных площадей. Из 159 владельцев прусских латифундий площадью в 5 тыс. га и более 149 являлись представителями аристократии. Они и составили ядро «властвующей элиты», которая успешно отстаивала привилегии юнкеров.[29]Н. Власов «Железный канцлер Бисмарк», М, 2018
Высшее дворянство, особенно прусское, по-прежнему доминировало в государственном аппарате, руководстве армии, дипломатическом корпусе, высших судебных инстанциях. В 1903 г. аристократическое происхождение имели 40% глав различных правительственных отделов, в 1913 г. — 55%. Накануне мировой войны все послы и государственные секретари имперского ведомства иностранных дел были аристократами по происхождению, посланники — на 84%. Особенно прочными позиции дворянства оставалось в Пруссии. В 1914 г. 92% глав администраций, 50% их заместителей, 68% глав полиции, 57% ландратов являлись дворянами.
В большей степени процессы «обуржуазивания» в период империи затронули сферу юстиции, требующую специалистов с университетским образованием, и прусскую армию. В 1913 г. лишь треть офицеров в ней были аристократами. Их доля в войсках разного рода значительно отличалась. В кавалерии офицеров знатного происхождения было 80%, в пехоте — 47%, в саперных частях всего 6%. В составе гвардейских частей в 1908 г. лишь четыре офицера являлись выходцами из буржуазии. [30]Виноградов В. Отто фон Бисмарк. Объединение Германии железом и кровью. М.: Аст-Пресс, 2015.
Политическая логика Культуркампфа (1871–1878) диктовалась насущной необходимостью внутренней консолидации Германской империи после её силового объединения. Отто фон Бисмарк рассматривал созданную им систему власти как хрупкое равновесие, которому угрожали любые наднациональные институты, в первую очередь — Римско-католическая церковь [31]Чубинский, В. В. Бисмарк. Политическая биография / В. В. Чубинский. — Санкт-Петербург : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1997. — С. 312. Сущность конфликта заключалась в стремлении «железного канцлера» утвердить абсолютный приоритет государственной власти над партикулярными и духовными интересами, превратив церковь в послушный бюрократический придаток империи [32]Галл, Л. Бисмарк. Белый революционер / Л. Галл ; пер. с нем. — Москва : Прогресс, 1996. — С. 345.
«Любое духовное лицо или иной служитель религии, который при исполнении своих обязанностей... делает государственные дела предметом объявлений или обсуждений способом, угрожающим общественному спокойствию, подлежит тюремному заключению или аресту на срок до двух лет».
[33]«Закон о проповедниках» (Kanzelparagraph), 10 декабря 1871 г. Сборник документов по истории Нового времени : Экономическое развитие и внутренняя политика стран Европы и Америки, 1870–1914 / сост. П. И. Остриков. — М. : Высшая школа, 1989. — С. 104.
Главным политическим врагом внутри этой логики стала партия «Центр», созданная в 1870 году для защиты прав католического меньшинства. Бисмарк опасался, что «Центр» станет ядром широкой оппозиции, объединяющей всех недовольных прусской гегемонией: южногерманских сепаратистов, эльзасцев и поляков [34]Стейнберг, Дж. Бисмарк: Биография / Дж. Стейнберг ; пер. с англ. И. В. Лобанова. — Москва : АСТ, 2014. — С. 232.
«Партия Центра — это не политическая партия, это мобилизованная армия Ватикана, цель которой — взорвать фундамент новой Германской империи изнутри по приказу Рима».
[35]Газета «Norddeutsche Allgemeine Zeitung» 1873 г.
Для канцлера эта партия была воплощением «ультрамонтанизма» — политического течения, ориентированного на указания из-за гор (Рима), что в его глазах приравнивалось к государственной измене и подчинению внешнему врагу [36]Бисмарк, О. фон. Мысли и воспоминания : в 3 т. / О. фон Бисмарк ; пер. с нем. под ред. А. С. Ерусалимского. — Москва : ОГИЗ, 1940. — Т. 2. — С. 120.
Технология управления в данном конфликте опиралась на конструирование образа «врага империи» (Reichsfeinde). Бисмарк мастерски использовал идеологический раскол, чтобы сплотить вокруг правительства национал-либералов, видевших в католицизме оплот реакции и препятствие на пути прогресса [37]Ерусалимский, А. С. Бисмарк. Дипломатия и милитаризм / А. С. Ерусалимский. — Москва : Наука, 1968. — С. 96. Таким образом, логика конфликта позволяла канцлеру решать одновременно две задачи: ослаблять политическую оппозицию и обеспечивать себе устойчивое парламентское большинство, манипулируя антиклерикальными настроениями [38]Ross, R. J. The Failure of Bismarck's Kulturkampf: Catholicism and State Power in Imperial Germany, 1871–1887 / R. J. Ross. — Washington : Catholic University of America Press, 1998. — C. 45.
Кроме того, Культуркампф имел выраженный национально-политический аспект, направленный на германизацию восточных окраин. Бисмарк отождествлял польское духовенство с польским национализмом, полагая, что разрушение структур католической церкви в Познани и Западной Пруссии подорвет саму возможность сопротивления прусскому государству [39]Власов Николай Анатольевич ПОЛЯКИ И «ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС» В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ОТТО ФОН БИСМАРКА // Манускрипт. 2021. №6.— С. 1093-1095.
«Польский вопрос... неразрывно связан с католическим. На наших восточных границах католический священник — это прежде всего польский националист, использующий алтарь как трибуну для борьбы против немецкой государственности».
[40]О «польской опасности» и католицизме. Бисмарк, О. фон. Мысли и воспоминания : в 3 т. / О. фон Бисмарк ; пер. с нем. под ред. А. С. Ерусалимского. — М. : Соцэкгиз, 1940. — Т. 2. — С. 142.
Важной составляющей управленческой логики был контроль над информационным полем. С помощью подконтрольной прессы канцлер внедрял в общественное сознание мысль о том, что «Культуркампф» — это не гонения на веру, а оборона цивилизованного государства против папской агрессии, провозглашенной в догмате о непогрешимости Папы (1870 г.) [41]Оболенская, С. В. Политика Бисмарка и борьба партий в Германии в конце 70-х годов XIX в. / С. В. Оболенская; Рос. АН, Ин-т всеобщ. истории. — Москва : Наука, 1992. — С. 174. Государство стремилось монополизировать право на формирование лояльного гражданина, полностью отстранив церковь от образования и регистрации гражданских состояний.
В конечном итоге, политическая логика Бисмарка заключалась в превентивном ударе по любым силам, способным оспорить суверенитет Рейха. Однако именно здесь технология дала сбой: давление государства привело не к дезинтеграции, а к беспрецедентной мобилизации католического населения, что вынудило канцлера в 1880-х годах изменить тактику и искать союза с теми, кого он еще вчера называл врагами [42]Clark, C. Iron Kingdom: The Rise and Downfall of Prussia, 1600–1947 / C. Clark. — Cambridge : Harvard University Press, 2006. — P. 572.
Технология управления Бисмарка в период «Культуркампфа» опиралась на принцип легализма: любые репрессивные действия должны были иметь под собой строгую законодательную базу, принятую парламентом. Это позволяло канцлеру представлять борьбу не как личный произвол, а как защиту государственного суверенитета и правопорядка [43]Беспалова Л. Н. «КУЛЬТУРКАМПФ» КАК ПРОТИВОСТОЯНИЕ КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ И ИМПЕРСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ГЕРМАНИИ В 70-Е ГГ. XIX В. // Вестник НВГУ. 2020. №4.) – С. 18.
Первым шагом стало ограничение свободы слова духовенства. В декабре 1871 года был принят «Закон о кафедре» (Kanzelparagraph). Он гласил: «Любое духовное лицо... которое при исполнении своих обязанностей делает государственные дела предметом объявлений или обсуждений способом, угрожающим общественному спокойствию, подлежит тюремному заключению» [44]Беспалова Л. Н. «КУЛЬТУРКАМПФ» КАК ПРОТИВОСТОЯНИЕ КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ И ИМПЕРСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА ГЕРМАНИИ В 70-Е ГГ. XIX В. // Вестник НВГУ. 2020. №4.) – С. 18. Этот закон превратил церковную кафедру в зону государственного надзора, фактически запретив критику политики Бисмарка в храмах [45]Чубинский, В. В. Бисмарк. Политическая биография / В. В. Чубинский. — Санкт-Петербург : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1997. — С. 315.
Следующим ударом стал «Закон об ордене иезуитов» (1872 г.), который запрещал деятельность ордена на территории Рейха. Бисмарк обосновывал это тем, что иезуиты являются «враждебным государству элементом», подчиненным иностранной силе [46]Стейнберг, Дж. Бисмарк: Биография / Дж. Стейнберг ; пер. с англ. И. В. Лобанова. — Москва : АСТ, 2014. — С. 242.
В своей речи в Рейхстаге он прямо заявил:
«Мы не можем допустить существование в нашем теле организации, чей центр управления находится вне наших границ и чьи цели противоречат нашим национальным интересам»
[47]Bismarck, O. von. Die politischen Reden des Fürsten Bismarck. Bd. 5 / Hrsg. von Horst Kohl. — Stuttgart : Cotta, 1893.
https://books.google.ru/books/about/Die\_politischen\_reden\_des\_fürsten\_Bisma.html?id=5- FNAQAAMAAJ&redir\_esc=y.
«Орден общества Иисуса и родственные ему ордена, а также конгрегации, подобные иезуитским, изгоняются из пределов Германской империи».
[48]«Закон об ордене иезуитов», 4 июля 1872 г.:Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII–XIX вв. / под ред. П. Н. Галанзы. — М. : Госюриздат, 1957. — С. 483.
Ключевым инструментом бюрократического контроля стал «Закон о надзоре за школами» (11 марта 1872 г.). До этого момента школы в Пруссии фактически находились под патронажем церкви. Новый закон гласил, что надзор за всеми государственными и частными учебными заведениями принадлежит исключительно государству. [49]Государство и церковь: о разграничении светской и духовной власти (на примере Германии 70-х годов XIX века) https://www.sovremennoepravo.ru/m/articles/view/Государство-ицерковь-о-разграничении-светской-и-духовной-власти-на-примере-Германии-70-х-годов-XIX-века.
Бисмарк видел в этом меру политического выживания. Реализация же закона легла на плечи министра культуры Адальберта Фалька (1827–1900) — прусского государственного деятеля, в частности министр церковных дел и образования.
Вершиной «законодательного наступления» стали Майские законы 1873 года, которые установили тотальный контроль над церковью [49]Государство и церковь: о разграничении светской и духовной власти (на примере Германии 70-х годов XIX века) https://www.sovremennoepravo.ru/m/articles/view/Государство-и-церковь-о-разграничении-светской-и-духовной-власти-на-примере-Германии-70-х-годов-XIX-века.
12 мая 1873 г. — Закон о дисциплинарной власти церкви и о формировании королевского суда по делам церкви;
13 мая 1873 г. — Закон о границах права для использования церковью штрафных санкций и лишения свободы
14 мая 1873 г. был принят закон относительно свободного выхода из церкви
Финальным же аккордом в разрушении монополии церкви на частную жизнь граждан стало введение обязательного гражданского брака (1874 г. в Пруссии, 1875 г. во всей Империи). В законе указывалось: «О документальном подтверждении гражданского состояния и заключения брака». с 1 янв. 1876 г. вводился обязательный гражданский брак во всей Германии с его регистрацией в органах местного самоуправления, а не в религ. общинах. [50]В. С. Дударев. КУЛЬТУРКАМПФ. Православная Энциклопедия. https://www.pravenc.ru/text/2462235.html.
Эта мера нанесла церкви не только идеологический, но и финансовый удар, лишив её платы за обряды и, что более важно, статуса единственного легитиматора семейных отношений. Бисмарк в частной переписке отмечал:
«Мы должны сделать так, чтобы гражданину для рождения, женитьбы и смерти не требовалось ничего, кроме печати государственного чиновника»
[51]Bismarck, O. von. Die politischen Reden des Fürsten Bismarck. Bd. 6: 1873–1876 / Hrsg. von Horst Kohl. — Stuttgart : Cotta, 1893.
https://books.google.ru/books/about/Die\_politischen\_reden\_des\_fürsten\_Bisma.html?id=5- FNAQAAMAAJ&redir\_esc=y.
Таким образом, бюрократическая технология Бисмарка заключалась в последовательном замещении канонического права государственным законом. Каждый закон становился звеном в цепи, которой канцлер пытался привязать общество к государственному аппарату, превращая лояльность императору в единственный критерий законности действий гражданина.
Но уже к концу 1870-х годов политика «Культуркампфа» пошла на спад. Бисмарк пошел на постепенное сворачивание некоторых решений, закрепленных Майскими законами, (21 мая 1886 г. и 29 апреля 1887 г. так называемые примирительные законы), чтобы превратить вчерашних врагов-католиков в союзников против «красной угрозы» (либералов и социалистов).
Фундаментальной проблемой Германской империи после 1871 года было отсутствие единой национальной идентичности: баварцы, пруссаки, саксонцы имели мало общего. Технология управления Бисмарка опиралась на концепцию «негативной интеграции» — целенаправленного конструирования внутренних угроз для мобилизации общества вокруг государственного аппарата [52]Wehler, H.-U. Das Deutsche Kaiserreich, 1871–1918 / H.-U. Wehler. — Göttingen : Vandenhoeck & Ruprecht, 1973. — C. 96. Бюрократия и подконтрольная пресса ввели в политический оборот термин «Reichsfeinde» (враги рейха). Статус «врага» последовательно присваивался трем крупным группам: политическому католицизму, социал-демократии и национальным меньшинствам.
Первым сконструированным врагом стали католики (около трети населения империи) и представляющая их интересы партия «Центр». Пропагандистская машина Бисмарка целенаправленно лишала их статуса немецких патриотов, навешивая ярлык «ультрамонтанов» — людей, чьи помыслы находятся «за горами» (в Риме).
В своих публичных выступлениях канцлер заявлял, что католическое духовенство представляет собой «государство в государстве», подчиняющееся иностранному монарху — Папе Римскому [53]Бисмарк, О. фон. Мысли и воспоминания : в 3 т. / О. фон Бисмарк ; пер. с нем. под ред. А. С. Ерусалимского. — Москва : Соцэкгиз, 1940. — Т. 2. — С. 119. В прессе, финансируемой правительством из секретного «Рептильного фонда» (Reptilienfonds), католиков изображали как реакционеров, тянущих страну в Средневековье, врагов науки и просвещения [54]Власов, Н. А. «Рептильная пресса» О. фон Бисмарка: механизмы манипуляции общественным мнением / Н. А. Власов // Вестник Санкт-Петербургского университета. История. — 2014. — Сер. 2, вып. 3. — С. 124. Этот образ позволил Бисмарку на несколько лет сплотить вокруг себя протестантское большинство и либеральную буржуазию, оправдав жесткие бюрократические репрессии «Культуркампфа».
К концу 1870-х годов, когда стало ясно, что борьба с католиками зашла в тупик, государственная машина развернулась против новой мишени — социал-демократов. Удобным поводом стали два неудачных покушения на кайзера Вильгельма I в 1878 году, совершенные анархистами Максом Гёделем и Карлом Нобилингом. Хотя Социал-демократическая рабочая партия не имела к ним отношения, Бисмарк немедленно использовал прессу, чтобы возложить вину на социалистов.
Технология создания образа врага здесь достигла апогея. В официальной риторике социалистов стали называть «товарищами без отечества» (vaterlandslose Gesellen).
Бисмарк с трибуны Рейхстага 9 октября 1878 года заявил: «Социал-демократия — это враг, с которым мы не можем заключить мир... Это секта, которая подрывает основы любого государственного порядка, угрожает семье, собственности и религии» [55]Bismarck, O. von. Die politischen Reden des Fürsten Bismarck. Bd. 7: 1877–1879 / Hrsg. von Horst Kohl. — Stuttgart: Cotta, 1893. https://books.google.ru/books/about/Die\_politischen\_reden\_des\_fürsten\_Bisma.html?id=5- FNAQAAMAAJ&redir\_esc=y.
Законодательным закреплением этого образа стал «Исключительный закон против социалистов» (21 октября 1878 г.), который вывел целую политическую силу за рамки правового поля, запретив их собрания и прессу [56]Исключительный закон против социалистов от 21 октября 1878 г. // Сборник документов по истории Нового времени / сост. П. И. Остриков. — Москва: Высшая школа, 1989. https://djvu.online/file/6CSrrYsELwMsU. Бисмарк криминализировал не только действия, но и сами идеи, превратив социалистов во внутренних изгоев.
Особое место в иерархии «врагов империи» занимали национальные меньшинства — в первую очередь поляки в Познани и Западной Пруссии, а также французы в аннексированных Эльзасе и Лотарингии. В отношении них управленческая технология приобрела характер жесткой ассимиляции и «германизации» (Germanisierung).
Образ поляка конструировался как образ демографической и культурной угрозы. Бисмарк был одержим идеей, что польский народ как таковой – безвредный, но вот польские дворянство (шляхта) и католическое духовенство ведут скрытую работу по «полонизации» восточных провинций Пруссии. [57]Власов Николай Анатольевич ПОЛЯКИ И «ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС» В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ОТТО ФОН БИСМАРКА // Манускрипт. 2021. №6. – С. 1094
Еще в 1861 году в письме к сестре он предельно цинично сформулировал свою позицию, ставшую позже основой государственной политики: «Бейте поляков, чтобы они потеряли веру в жизнь; я полностью сочувствую их положению, но если мы хотим выжить, нам не остается ничего другого, как истреблять их как волков» [58]Тугуз Хусен Ибрагимович Полемология и этнополитология: науки о войне и мире // Вестник Адыгейского государственного университета. 2006. №1. – С. 132
Для борьбы с этой «угрозой» в 1886 году была создана государственная Колонизационная комиссия (Ansiedlungskommission), целью которой был выкуп земель у польских землевладельцев и передача их немецким колонистам. Одновременно из школ полностью вытеснялся польский и французский языки. [59]ГЕРМАНСКАЯ ПОЛИТИКА КОЛОНИЗАЦИИ ПОЛЬСКИХ ЗЕМЕЛЬ В НАЧАЛЕ XX ВЕКАhttps://libmonster.ru/m/articles/view/ГЕРМАНСКАЯ-ПОЛИТИКА-КОЛОНИЗАЦИИ-ПОЛЬСКИХ-ЗЕМЕЛЬ-В-НАЧАЛЕ-XX-ВЕКА
Таким образом, конструирование образов «врага» было не побочным эффектом, а фундаментальным методом управления (технологией) в бисмарковской Германии. Через прессу, бюрократическое давление и парламентскую риторику аппарат канцлера постоянно поддерживал в стране атмосферу «осажденной крепости». Разделяя общество на лояльных граждан и внутренних врагов (Reichsfeinde), Бисмарк обеспечивал легитимность авторитарных мер и укреплял личную власть.
В эпоху создания Германской империи политика перестала быть исключительно кабинетным делом монархов и дипломатов, выйдя на уровень массового общества. Отто фон Бисмарк, несмотря на свое аристократическое презрение к журналистам, «Печать — это не общественное мнение» - говорил он, [60]Корни четвертой власти. История журналистики XIX века https://rodinahistory.ru/2015/03/18/jurnalistika-rodina.html?utm\_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2F блестяще осознавал, что без контроля над информационным полем невозможно консолидировать власть. Пресса в его руках стала логичным продолжением технологии «железа и крови» — специфическим информационным оружием, направленным на формирование нужного общественного мнения и дискредитацию оппонентов.
Управление прессой при Бисмарке приобрело системный, бюрократический характер. В структуре Министерства иностранных дел, а затем и имперской канцелярии, функционировало так называемое «Литературное бюро» (Literarisches Büro). Его задачей был ежедневный мониторинг немецких и зарубежных газет, а также написание передовиц и анонимных статей, которые затем рассылались в лояльные издания по всей стране. Главным доверенным лицом канцлера по связям с прессой стал журналист и публицист Мориц Буш. Бисмарк лично диктовал Бушу тезисы, которые тот должен был облечь в форму «независимых» журналистских расследований или возмущенных писем читателей, формируя иллюзию гласа народа [61]Busch, M. Bismarck: Some Secret Pages of His History / M. Busch. — London : Macmillan, 1898. — Vol. 1. https://www.gutenberg.org/files/68651/68651-h/68651-h.htm.
Для обеспечения лояльности газет канцлер использовал беспрецедентный механизм скрытого финансирования — так называемый Вельфский, или «Рептильный фонд» (Reptilienfonds). Этот фонд был сформирован из конфискованных активов свергнутого ганноверского короля и составлял огромную по тем временам сумму в 16 миллионов талеров, проценты с которой Бисмарк тратил бесконтрольно, без отчета перед Рейхстагом [62]Чубинский, В. В. Бисмарк. Политическая биография / В. В. Чубинский. — Санкт-Петербург : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1997. — С. 254. Средства фонда шли на подкуп редакторов, финансирование правительственных газет (таких как Norddeutsche Allgemeine Zeitung) и разорение оппозиционных изданий.
Сам термин «рептилии» Бисмарк изначально применил к своим врагам, но либеральная оппозиция иронично перенесла его на продажных проправительственных журналистов, кормящихся из рук канцлера.
Особенно ярко мощь СМИ проявилась в период борьбы с католической оппозицией. Бисмарк виртуозно использовал прессу (в том числе подконтрольную через «Рептильный фонд») для создания образа католика как ретрограда и предателя национальных интересов. Пропаганда апеллировала к ценностям прогресса, либерализма и немецкого национализма, противопоставляя их «мракобесию Ватикана». Визуальным воплощением этой борьбы стала знаменитая карикатура «Шахматная партия», где Бисмарк играет против Папы Пия IX.
Пропаганда должна была оправдать в глазах протестантского большинства жесткие полицейские меры: аресты епископов (включая архиепископа Познанского Мечислава Ледуховского) и закрытие монастырей [63]Тишина О. В. Противостояние партии "Центр" и политической власти Германии: первая волна "культуркампфа" // Вестник БГУ. 2018. №2 (36). – С. 221
Помимо тайного подкупа, Бисмарк использовал жесткое бюрократическое регулирование. В 1874 году был принят Имперский закон о прессе (Reichspressegesetz). Формально он отменял предварительную цензуру и декларировал свободу печати, однако содержал множество правовых ловушек, которые превращали его в репрессивный инструмент [64]Закон о прессе Германской империи от 7 мая 1874 г. // https://rusneb.ru/catalog/000199\_000009\_003727313/ https://de.wikisource.org/wiki/Gesetz\_über\_die\_Presse.
Согласно закону, полиция получала право конфисковать тираж любой газеты по решению суда, если в ней усматривались «оскорбление монарха», «призыв к неповиновению законам» или «подстрекательство к классовой ненависти». Это позволяло разорять оппозиционные издания (особенно социал-демократические) путем регулярных изъятий готовых номеров еще до того, как они попадали к читателям.
Технология управления Бисмарка предполагала использование прессы не только для внутренних, но и для внешнеполитических провокаций, эхо которых должно было сплотить нацию. Классическим примером стала газетная кампания, вошедшая в историю под названием Krieg-in-Sicht-Krise (последовавшим за франко-прусской войной 1870-1871 гг.). В проправительственной газете Berliner Zeitung Post была опубликована инспирированная Бисмарком статья с угрожающим заголовком, утверждавшая, что Франция готовится к нападению. Эта информационная бомба вызвала беспокойство в Европе, но внутри Германии позволила Бисмарку стимулировать милитаристские настроения и протолкнуть через Рейхстаг военный бюджет. [65]Устинова Ю. Н. Национал-либералы и «Септенат» 1874 г испытание для единства партии // Вестник БГУ. 2009. №2. – С. 1-5.
Таким образом, пресса в системе управления Бисмарка выполняла роль связующего между бюрократическим аппаратом и обществом. С помощью комбинации тайного подкупа, прямого полицейского давления и др., Бисмарк сумел превратить периодическую печать в мощный инструмент конструирования политической реальности. Пресса стала той самой технологией, которая позволяла ему натравливать одни социальные группы на другие и легитимизировать репрессии именем «национального большинства».
«Железный канцлер» в своей внешней политике четко придерживался единой позиции: объединить Германию и дать ей такую армию, чтобы к ней никто не захотел лезть, но при этом чтобы Германия не воевала без причины и использовала войну как последний аргумент, когда уже никакие другие средства не работают. Так, например, вместо того, чтобы объявить войну Австрии напрямую, он заставил Вену думать о том, что Германия вот-вот нападет, и когда уже нервы генерального штаба и придворных Австрии были на пределе, те сами перешли границу новой Германии и объявили войну, что дало Германии формальное право дать отпор и продемонстрировать миру новую германскую армию [66]Н. Павлов «История внешней политики Германии: от Бисмарка до Меркель», М., 2022
В 1881 году Бисмарк заявил, что «до тех пор, пока я канцлер, у Германии не будет никакой колониальной политики». Однако, независимо от его воли, в период 1884—1885 годов были созданы немецкие колонии в Юго-Западной и Восточной Африке, в Того и Камеруне, Новой Гвинее, на архипелаге Бисмарка, Соломоновых и Маршалловых островах. Немецкий колониализм сблизил Германию с её вечной соперницей Францией, что обеспечило достаточно стабильные отношения между странами на протяжении 1880—1890-х годов, но создал напряжение в отношениях с Англией. [67]Стейнберг Дж. Бисмарк. Биография. М.: АСТ, 2014.
Во времена Бисмарка в колонии направлялось лишь 0,1% экспорта, но и импорт из колоний в Германию составлял такую же долю. Бисмарк считал, что содержание колоний весьма дорого обходится как в экономическом плане, так и в политическом, поскольку колонии всегда являются источником неожиданных и тяжёлых осложнений. Колонии отвлекают ресурсы и силы от решения насущных внутренних проблем. С другой стороны, колонии были возможными рынками сбыта и источниками сырья для развивающейся быстрыми темпами промышленности, а также позволяли выйти на рынки в Африке, Южной Америке и Океании.
В определённые моменты он демонстрировал приверженность к колониальному вопросу, но это было политическим ходом, например, во время выборной кампании 1884 года, когда его обвиняли в отсутствии патриотизма. Кроме того, это делалось для того, чтобы уменьшить шансы принца-наследника Фридриха с его левыми взглядами и далеко идущей проанглийской ориентацией. К тому же он понимал, что ключевой проблемой для безопасности страны являются нормальные отношения с Англией. В 1890 году был подписан Занзибарский договор: Германия получила от Англии остров Гельголанд, ставший намного позже форпостом немецкого флота в мировом океане, в обмен на некоторые территории в Африке (Виту, Уганда), также договор установил границы колоний сфер влияния Великобритании и Германии в Африке: Германия формально отказалась от притязаний на зависимый от Великобритании султанат Занзибар (кроме прибрежной полосы), а Великобритания признала права Германии на территории между Индийским океаном и Великими Африканскими озёрами. В германской прессе, однако, это было преподнесено как обмен Занзибара и других африканских «королевств» на один маленький остров [68]Ю. Ключников, А. Сабанин «Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях», Ч. 1, М., 1925.
В марте 1887 года Бисмарку удалось сформировать устойчивое консервативное большинство в рейхстаге, которое получило прозвище «Картель». На волне шовинистической истерии и угрозы войны с Францией, избиратели решили сплотиться вокруг канцлера. Это дало ему возможность провести через рейхстаг закон о семилетнем сроке службы.
В области внешней политики Бисмарк тогда совершает одну из своих крупнейших ошибок. Поддерживая антирусскую политику Австро-Венгрии на Балканах, он самоуверенно поверил в невозможность франко-русского союза: «Царь и "Марсельеза" несовместимы», говорил Бисмарк. Тем не менее он решил заключить с Россией секретный «договор перестраховки», однако только до 1890 года [69]Бисмарк, Отто-Эдуард-Леопольд, князь и герцог Лауэнбургский // Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. В. Ф. Новицкого [и др.]. — СПб. ; М., 1911—1915..
Подводя итоги исследования государственной деятельности Отто фон Бисмарка в период с 1871 по 1890 годы, можно сделать вывод, что первый канцлер Германской империи создал беспрецедентную для своего времени, сложную технологию политического управления.
Метафора «железом и кровью», первоначально означавшая силовой путь объединения страны, во внутренней политике трансформировалась в жесткий бюрократический контроль, социальный патернализм и идеологическое манипулирование массами. Институциональным фундаментом этой системы стала Конституция 1871 года, которая закрепила доминирование Пруссии, неподотчетность исполнительной власти парламенту и сохранила политическую монополию традиционной дворянской элиты в условиях бурно развивающегося индустриального общества.
Главным методом внутренней консолидации разрозненного немецкого общества стала технология «негативной интеграции» — целенаправленное конструирование образа «внутренних врагов» (Reichsfeinde). Последовательно направляя мощь государственного аппарата против католической церкви в период «Культуркампфа», затем против социал-демократов и национальных меньшинств, Бисмарк искусственно мобилизовал лояльное большинство и легитимизировал жесткие полицейские меры. При этом репрессивное законодательство грамотно балансировалось внедрением передовой системы государственного социального страхования, призванной привязать рабочий класс к монархии и снизить градус классовой борьбы. Важнейшим инструментом этой управленческой модели стала беспрецедентная монополизация информационного поля: через тайное финансирование газет из «Рептильного фонда», работу правительственного «Литературного бюро» и цензурные ограничения Бисмарк превратил прессу в послушное орудие пропаганды, способное как разрушать репутацию оппонентов, так и провоцировать внешнеполитические кризисы в интересах правительства.
На международной арене политика канцлера сводилась к виртуозному поддержанию баланса сил и созданию сложной системы союзов, призванной уберечь Германию от фатальной войны на два фронта. Однако этот внешнеполитический конструкт, как и внутриполитическая стабильность, держался исключительно на дипломатическом гении и непререкаемом авторитете самого Бисмарка, начав давать сбои еще при его жизни из-за недальновидных экономических конфликтов с Россией. В конечном итоге «железный канцлер» оставил после себя двойственное наследие. Он построил экономически могущественное национальное государство с высокоэффективной бюрократией, но его авторитарные методы, подавление демократических институтов и привычка управлять страной через эскалацию внутренних конфликтов заложили глубокие социальные противоречия. После ухода Бисмарка в отставку созданная им система потеряла свой стержень, что в перспективе толкнуло Германскую империю на путь агрессивного империализма и привело к катастрофе Первой мировой войны.
Напишите эссе (250–400 слов) на тему: «Технологии управления Бисмарка и их отражение в современной политике». Укажите, какие из рассмотренных технологий (конструирование «образа врага», медиа-манипуляции, социальный подкуп, дипломатическое жонглирование) можно обнаружить в политической практике современных государств. Приведите конкретные примеры.
© 2026 • Образовательный маршрут: Отто фон Бисмарк